Стихи.

[Марина]

Хотелось непонятного того,
Что может быть у двух немного близких…
Того, что между строчек в переписках
Скользило, как немое волшебство.
Что разливалось медленно в крови,
Реальностью мечты не опошляя…
На храбрый выпад право оставляя,
Я так тебя хотела удивить,
Но… не сложилось, да и хорошо:
Себя казнить — не лучшая затея.
А золото пыльцы на крыльях феи —
От тех желаний, стёртых в порошок…



© Юлия Ю

[Собака Сутулая]

Где линию фронта кромсало,
Навстречу смертельной беде
Верховная Ставка бросала
Дивизию НКВД.
По пояс в стальной круговерти
По горло в болотной воде
Стояла бессонно, бессмертно
Дивизия НКВД.
Враг знал, что такие дерутся
Не требуя смен и замен,
И в плен никогда не сдаются,
Считая предательством плен…
Готова всегда для отпора
Высокой она чистоты
Дзержинская сталь, из которой
Куются мечи и щиты.
Стояла под пулями твердо,
Презрев как будто бы смерть,
Орденоносная, Краснознамённая
Дивизия НКВД.
По пояс в стальной круговерти,
По горло в болотной воде
Стояли бессменно, бессмертно
Дивизии НКВД.

[Клаус]

Слава работникам НКВД!
Слава порядку и честь!
Сколько героев было средь них-
Всех нам их не перечесть.

Границы советские кто защищал?
Кто Крепости Брестской герои!
Все это- работники НКВД.
Мы их не забудем с тобою.

НКВД занимался разведкой,
Шпионам, диверсиям- смерть!
Куда на войне без порядка, товарищ?
Не любишь чекистов- ответь.

Прежде чем всех обзывать палачами-
Историю стоит прочесть.
Героев-чекистов, поверьте, так много,
Что всех их нам не перечесть!

[Собака Сутулая]

Победный май звенит.
Победный май гремит.
На перекличку вновь выходят наши деды.
И снова марш-парад,
Как много лет назад,
И гордо реет алый флаг Победы.

Стоят в строю полки.
Связисты и стрелки,
Милиция, охрана, желдорбаты,
Пожарные, ВВ -
Полки НКВД.
Суровые отважные ребята.

НКВД полки
Шли первыми в штыки.
Они совсем не думали о славе.
Весь гарнизон в строю.
За Родину свою
Багрили кровью землю в Балаклаве.

На подступах к Москве
Остановив врага,
От батальонов собирали полуроты.
Спасали Ленинград
От вражеских атак,
Шагнув в бессмертье на Синявинских высотах.

На Волжском рубеже
Отважный гарнизон
Стоял, как вкопан, ощетинившись стволами.
НКВД полки
Ходили здесь в штыки,
Собой гасили в Сталинграде пламя.

Стоят в строю полки.
Связисты и стрелки,
Милиция, охрана, желдорбаты,
Пожарные, ВВ -
Полки НКВД.
Суровые отважные ребята.

Стоят в строю полки НКВД.
Потомкам верность долгу завещая,
Чтобы в твоей очередной весне,
Победное взметнулось знамя.

[Марина]

Так трудно иногда дышать —
Как будто в гору тащишь гири!
Ремонта требует душа,
А я затеяла — в квартире:)

© Юлия Ю

[ςон‿нαяβу]

Как велика цена успеха!
Мы всё хотим об этом знать!
Вот проезжает мимо «бэха»,
А в ней блондинка с бюстом «пять».

Для выводов нам надо мало,
Всё нами брошено на кон.
Ворчит прохожий: «Насосала!
Не зря в губищах силикон.

Сгущают тучи в небе тени,
Пульс током бьётся в сто ампер,
Прохожий сыплет осужденьем,
Ведь он, к примеру, инженер.

Не надо понимать превратно,
Как говорится, се ля ви,
Ему жена сосет бесплатно,
От всего сердца, по любви.

А эта в «бэхе» с полным баком,
Её путь жизненный нелеп,
Что ей до института брака?
Что ей до наших крепких скреп?

И так всегда, так раз за разом,
Мелькнув «Мишленом» в колесе,
Блондинка надавила газу
И скрылась в горизонт шоссе.

Да, все мы сделаны из стали,
Вот предсказуемый финал:
Что если вы не насосали,
То вам никто не предлагал.

©А.Гутин

[_Avaddon_]

Александр Блок

Работай, работай, работай:
Ты будешь с уродским горбом
За долгой и честной работой,
За долгим и честным трудом.

Под праздник — другим будет сладко,
Другой твои песни споет,
С другими лихая солдатка
Пойдет, подбочась, в хоровод.

Ты знай про себя, что не хуже
Другого плясал бы — вон как!
Что мог бы стянуть и потуже
Свой золотом шитый кушак!

Что ростом и станом ты вышел
Статнее и краше других,
Что та молодица — повыше
Других молодиц удалых!

В ней сила играющей крови,
Хоть смуглые щеки бледны,
Тонки ее черные брови,
И строгие речи хмельны…

Ах, сладко, как сладко, так сладко
Работать, пока рассветет,
И знать, что лихая солдатка
Ушла за село, в хоровод!

[Собака Сутулая]

Мишка поэт

Закат кровавым небо мерил,
Все поглощали гул и мгла.
И Зона, замерев на время,
С тревогой выброса ждала.
Из рейда возвращался к дому
На базу, вымотавшись в хлам,
Дорогой, в общем-то, знакомой,
«Заброску» сделав, «караван».
А выброс наступал на пятки,
И нужно было схрон найти.
Сыграть во временные «прятки»,
Чтоб, значит, жизнь свою спасти…
И старший жестами, условно,
Приказ команде подает:
«За мной в проем! И дышим ровно!
Авось чутье не подведет!»
Не подвело. В глубины ада,
Казалось, лестница вела.
В огромный зал. Но схрон - что надо.
Пора расслабиться пришла.
И, не включая свет, вповалку
Они устроились во тьме.
- Эх, кончились припасы, жалко…
Сейчас пожрать бы. Или, не!
- А ну, малой, слабо для старших
Стихи прочесть? Ты ж, вродь, поэт?!
- Да у меня, блин, подходящих,
Для случая такого - нет…
Могу другое. Не о Зоне.
О «доме» или «о любви»…
- А чем не темы? Жарь, законник!
Давай, не мямли, паря! Жги!
И паря жег! Сначала тихо,
Потом уверенней читал…
Потом умолк отмычка-Миха.
А с ним и выброс замолчал.
О чем читал? Не скажет точно
Вам из участников никто…
О чем-то нежном, добром, сочном,
О жизни, подводя итог…
И вдруг откуда-то из зала,
Раздался голос в тишине:
- Эх! Славно! Только, паря, мало…
Все это - словно обо мне…
О том, зачем подался в Зону…
Потом, о том, как в «Долг» вступил…
Что не вернуться мне до дому…
Отменно, елки! Нету сил!
Потом с другого бока басом
Раздался голос из угла:
- А я - в «Свободе»! Полюбасу!
И мне «старуха» жизнь прижгла…
Сюда вдвоем мы ломанулись…
Да только кореш уж погиб…
Там всё о нас… Как лопухнулись…
Ты, в общем, это, брат… Спасиб…
Такой вот крендель с прибамбасом!
Как вышло, надо ль разбирать?
Да только в эту залу разом
Спустились выброс переждать
И «Долга» квад, в составе полном
Звено «Свободы» - снайпера…
Ну и Нейтралы… Тихий гомон…
Щелчки затворов? Нет. Пора
Еще придет для разговора.
И будет петь меж них свинец.
Ну а сейчас - забыты споры.
Стихи читает им юнец.
Вы скажете: «Ну, это слишком!
Стрелять не стали? Сказки! Бред!»
Их помирил на время, Мишка -
Наш лучший Зоновский поэт

[Альтруист]

Строчит собака длинные тексты
Кому они интересны?
Для ерунды там только место
Спел бы лучше песню.

[Cassandra]

Слишком многое мы не хотим замечать,
Слишком часто становимся к горю глухи,
Мы, увы, не умеем любить и прощать,
Нас, увы, не волнуют чужие грехи…

Лента «френдов», сочувствие — смайлик «слеза»,
Виртуальная клетка для загнанных птиц,
Как же хочется видеть ЖИВЫЕ глаза
И лицо, а не маску средь тысячи лиц…

Мы сливаемся с серой безликой толпой.
Мы привычно в метро закрываем глаза,
Мы идём над обрывом, опасной тропой,
В никуда… Где не будет дороги назад…

© Мария Бутырская

[Legendarnii]

Не сдерживай себя, когда желания,
Соединят нас ночью или днём,
И пусть всегда любовное свидание,
Тебя сжигает яростным огнём!
Запретов нет, и это знают двое,
Инстинкты и фантазии, смешав,
Попробуй необычное - такое,
Что хочет тело, требует душа.
Мы до конца не понимаем сами,
Где ждут оргазмов яркие огни.
Внезапно, что-то происходит с нами,
И наши тайны знаем мы одни.
Два человека вместе – бесконечность,
В кольцо, соединившись тут и там,
Мы, кажется, заглядываем в вечность,
Любви отдавшись, сексу и мечтам.
Пусть будет секс божественный и нежный,
Животный, удивительный, смешной,
А скромности ненужные одежды,
Не одевай, пожалуйста, со мной!
Когда сердца наполнены любовью,
Тела умеют чувствовать сильней,
И ангелы слетятся к изголовью,
Чтобы воспеть возвышенность страстей! Пётр Давыдов

[Legendarnii]

Волны нахлестом одна на другую,
Пальцы все ближе и ближе к границам,
Губы узоры на теле рисуют,
Счастье слезою дрожит на ресницах.

Волны набегами неравномерно,
Губы бестыже все ниже и ниже,
Белая пена старательно первой
С губ поцелуй упоительный слижет.

Волны песком на соленое тело,
Сердце рывком на доступность желанья,
Свет босиком по ложбинкам несмело,
Губы по телу нескромным касаньем.

Волны нахлестом то слабо, то сильно.
В серых глазах - отражение неба
В белых причудливых формах ванили,
В белых мечтах прошлогоднего снега.

Волны смывают границы запрета,
Проникновение глубже и слаще.
Губы стремятся развеять секреты,
Сердце рывками сильнее и чаще.

Волны на берег соленою пеной,
В недрах любви наслаждение брызнет
И разольется нектаром по венам,
Новым витком зарождения жизни.

[Пилюлька.]

Марина, это тебе!. Очень сожалею, что моё сообщение вынудило тебя раскрыться, лучше бы в личку написала, но... Так видно суждено. Надеюсь что тебя восстановят, ну или хотя бы не будут банить, с удалением сообщений.

Мечтать! Летать! И думать о прекрасном!
Во сне касаться звезд и облаков.
И верить в то, что это не напрасно.
Что в жизни нашей, будет все легко.
Надеяться на Чудо, верить в сказку.
Любить друг друга и тепло дарить.
И жить по-настоящему...Без маски.
Смеяться...Плакать..И судьбу творить.
Дарить друг другу радость и улыбку
От счастья плакать, от любви сгорать.
И не бояться совершить ошибку..
Весь опыт жизни в Мудрость собирать.
Не думать о плохом, не жить вчерашним,
Не злиться на судьбу, когда идет не в масть...
Признаться в чувствах, быть немного грешным..
И НАСЛАЖДАТЬСЯ ЭТОЙ ЖИЗНЬЮ ВСЛАСТЬ!!!

[Клаус]

Вечерний звон у стен монастыря,
Как некий благовест самой природы...
И бледный лик в померкнувшие воды
Склоняет сизокрылая заря.

Над дальним лугом белые челны
Нездешние сопровождают тени...
Час горьких дум, о, час разуверений
При свете возникающей луны.

— Анна Ахматова

[Пилюлька.]

Я умею любить.
Умею покорной и нежною быть.
Умею заглядывать в очи с улыбкой
Манящей, призывной и зыбкой.
И гибкий мой стан так воздушен и строен,
И нежит кудрей аромат.
О, тот, кто со мной, тот душой неспокоен
И негой объят…

Я умею любить. Я обманно-стыдлива.
Я так робко-нежна и всегда молчалива.
Только очи мои говорят.
Они ясны и чисты,
Так прозрачно-лучисты.
Они счастье сулят.
Ты поверишь — обманут,
Лишь лазурные станут
И нежнее и ярче они —
Голубого сиянья огни.
И в устах моих — алая нега.
Грудь белее нагорного снега.
Голос — лепет лазоревых струй.
Я умею любить. Тебя ждет поцелуй.

Анна Ахматова.

[Это не то ШАПИТО]

АФФТОРСКОЕ

Все что выше не читал,
Потому что в рот ебал!
Про анал и про орал
Этот форум, кто не знал.

Я тащу сюда картинки,
В стиле голой вечеринки,
Где Маринки и Иринки
Светят сисечки и дырки.

Принесу эМПэ четыре
Посмотри их на мобиле.
Посмотри их на компе,
Это все эНСэФэВэ (NSFW)!

Если вдруг горит пердак,
Не пались - не надо так!
Значит это не тебе,
Тут лежит на форуме.

Захожу на Чалл с ноги,
Чтобы вставить АйЭмДжи (img)
Чтоб поднялось кой-чего,
Я про ТиЦ, не про "него"

Этот стих за пять минут
Написал я сидя тут
Пацанам, что тут сидят
Я девчат таскаю в чат!

Эротические фото,
Освежат это болото.
Такой контент, а не стихи,
Форуму всегда нужны!

[Legendarnii]

Юная Осень была так красива.
Платье из листьев кленовых носила.
В косы она хризантемы вплетала,
Астрами туфли свои украшала.

Модница-Осень наряды меняла.
Вместе с ручьями она хохотала.
Яркие звёзды в речку роняла
И о любви наша Осень мечтала.

Счастья хотела девушка-Осень,
Да с женихами было не очень…
Но вот однажды случилось и это:
Встретила Осень юношу-Лето!

В Лето влюбившись, мечтать перестала
И как-то быстро взрослою стала.
Все, что могла отдала она Лету:
Женскую прелесть, тепло, много света!

В гости любимого пригласила,
Но Лето любовь её не оценило.
Только недельку всего погостило.
Да и ушло. И тепло прихватило.

Осень по-женски так горевала,
Листья с деревьев она посрывала.
Ветром шумела, дождями рыдала.
Женщина-Осень очень страдала!

Вмиг постарев, вдруг старухою стала.
А на земле между тем холодало…
Плечи в туман обернув — покрывало,
Осень ушла, чтоб начать всё сначала.

А через год всё опять повторилось.
Осень-красавица в лето влюбилась.
Только то Лето ветреным было.
Осени снова сердце разбило.

И ежегодно, так уж ведётся,
Эта пора Бабьим летом зовется!

© Наталия Корякина

[Legendarnii]

Эдуард Асадов

Когда мне встречается в людях дурное

Когда мне встречается в людях дурное,
То долгое время я верить стараюсь,
Что это скорее всего напускное,
Что это случайность. И я ошибаюсь.
И, мыслям подобным ища подтвержденья,
Стремлюсь я поверить, забыв про укор,
Что лжец, может, просто большой фантазер,
А хам, он, наверно, такой от смущенья.
Что сплетник, шагнувший ко мне на порог,
Возможно, по глупости разболтался,
А друг, что однажды в беде не помог,
Не предал, а просто тогда растерялся.
Я вовсе не прячусь от бед под крыло.
Иными тут мерками следует мерить.
Ужасно не хочется верить во зло,
И в подлость ужасно не хочется верить!
Поэтому, встретив нечестных и злых,
Нередко стараешься волей-неволей
В душе своей словно бы выправить их
И попросту «отредактировать», что ли!
Но факты и время отнюдь не пустяк.
И сколько порой ни насилуешь душу,
А гниль все равно невозможно никак
Ни спрятать, ни скрыть, как ослиные уши.
Ведь злого, признаться, мне в жизни моей
Не так уж и мало встречать доводилось.
И сколько хороших надежд поразбилось,
И сколько вот так потерял я друзей!
И все же, и все же я верить не брошу,
Что надо в начале любого пути
С хорошей, с хорошей и только с хорошей,
С доверчивой меркою к людям идти!
Пусть будут ошибки (такое не просто),
Но как же ты будешь безудержно рад,
Когда эта мерка придется по росту
Тому, с кем ты станешь богаче стократ!
Пусть циники жалко бормочут, как дети,
Что, дескать, непрочная штука — сердца…
Не верю! Живут, существуют на свете
И дружба навек, и любовь до конца!
И сердце твердит мне: ищи же и действуй.
Но только одно не забудь наперед:
Ты сам своей мерке большой соответствуй,
И все остальное, увидишь,- придет!

[Энтони]

Я с детства люблю ездить в вагоне поезда,
А запах мазута навевает воспоминания.
Я с детства в предвкушении чего-то нового,
От дорог таких усталых и правильных.

А ночью в дороге, в плацкарте,
Как-то все не обычно и сказочно.
На соседней шконке сопенье,
И стук колес убаюкивает лязгая.

За окном проносятся станции,
Огни безмолвных городов.
И в душе как в прострации
Трепещет сердце разгоняя кислород.

В ожидании и предвкушении,
В новом месте и новой судьбой.
Я люблю ездить в поезде
По железной дороге кривой.

[Пилюлька]

Сегодня кто-то продавал на перекрестке счастье.
Оно лежало средь крючков и старых ярких платьев,
Среди усталых пыльных книг, средь кисточек и мела.
Оно лежало и на всех неверяще смотрело.
Народ шел мимо, редко кто вдруг подходил к прилавку
Купить брошюрку, календарь, иголку, нить, булавку.
И равнодушный взгляд скользил по глупой мелочевке,
А счастье так просилось в дом, так робко и неловко.
Моляще поднимало взгляд, едва-едва пищало,
Но «кто-то» мимо проходил и счастье замирало.
Темнело, я брела домой. В карманах грея руки.
Торговец собирал товар, чуть напевал со скуки.
Я бы прошла, но вдруг задел молящий и печальный
Беспомощный несчастный взгляд, как будто вздох прощальный.
Я подошла, а за стеклом пластмассовой витрины
комочек маленький дрожал от горя и обиды.
Комок устал, хотел в тепло, замерз на этой стуже,
Но, к сожалению, комок был никому не нужен.
— И сколько стоит? — голос мой дрожал от напряжения.
— Что? Это? — Это! — Да бери, оно — одни мученья!
Я бережно взяла комок, к груди его прижала,
Закутав в складочки пальто, домой почти бежала.
Бежала греть. Скорей, скорей! В тепло с морозных улиц,
И даже блики фонарей как будто улыбнулись…
И улыбался белый снег, и небо. Мир смеялся.
Нашелся все же человек, что счастьем не кидался.
Я принесла комочек в дом, и стало вдруг понятно,
Что никому его не дам, и не верну обратно.

Л. Рубальская