Стихи.

[ςон‿нαяβу]

Как велика цена успеха!
Мы всё хотим об этом знать!
Вот проезжает мимо «бэха»,
А в ней блондинка с бюстом «пять».

Для выводов нам надо мало,
Всё нами брошено на кон.
Ворчит прохожий: «Насосала!
Не зря в губищах силикон.

Сгущают тучи в небе тени,
Пульс током бьётся в сто ампер,
Прохожий сыплет осужденьем,
Ведь он, к примеру, инженер.

Не надо понимать превратно,
Как говорится, се ля ви,
Ему жена сосет бесплатно,
От всего сердца, по любви.

А эта в «бэхе» с полным баком,
Её путь жизненный нелеп,
Что ей до института брака?
Что ей до наших крепких скреп?

И так всегда, так раз за разом,
Мелькнув «Мишленом» в колесе,
Блондинка надавила газу
И скрылась в горизонт шоссе.

Да, все мы сделаны из стали,
Вот предсказуемый финал:
Что если вы не насосали,
То вам никто не предлагал.

©А.Гутин

[_Avaddon_]

Александр Блок

Работай, работай, работай:
Ты будешь с уродским горбом
За долгой и честной работой,
За долгим и честным трудом.

Под праздник — другим будет сладко,
Другой твои песни споет,
С другими лихая солдатка
Пойдет, подбочась, в хоровод.

Ты знай про себя, что не хуже
Другого плясал бы — вон как!
Что мог бы стянуть и потуже
Свой золотом шитый кушак!

Что ростом и станом ты вышел
Статнее и краше других,
Что та молодица — повыше
Других молодиц удалых!

В ней сила играющей крови,
Хоть смуглые щеки бледны,
Тонки ее черные брови,
И строгие речи хмельны…

Ах, сладко, как сладко, так сладко
Работать, пока рассветет,
И знать, что лихая солдатка
Ушла за село, в хоровод!

[Собака Сутулая]

Мишка поэт

Закат кровавым небо мерил,
Все поглощали гул и мгла.
И Зона, замерев на время,
С тревогой выброса ждала.
Из рейда возвращался к дому
На базу, вымотавшись в хлам,
Дорогой, в общем-то, знакомой,
«Заброску» сделав, «караван».
А выброс наступал на пятки,
И нужно было схрон найти.
Сыграть во временные «прятки»,
Чтоб, значит, жизнь свою спасти…
И старший жестами, условно,
Приказ команде подает:
«За мной в проем! И дышим ровно!
Авось чутье не подведет!»
Не подвело. В глубины ада,
Казалось, лестница вела.
В огромный зал. Но схрон - что надо.
Пора расслабиться пришла.
И, не включая свет, вповалку
Они устроились во тьме.
- Эх, кончились припасы, жалко…
Сейчас пожрать бы. Или, не!
- А ну, малой, слабо для старших
Стихи прочесть? Ты ж, вродь, поэт?!
- Да у меня, блин, подходящих,
Для случая такого - нет…
Могу другое. Не о Зоне.
О «доме» или «о любви»…
- А чем не темы? Жарь, законник!
Давай, не мямли, паря! Жги!
И паря жег! Сначала тихо,
Потом уверенней читал…
Потом умолк отмычка-Миха.
А с ним и выброс замолчал.
О чем читал? Не скажет точно
Вам из участников никто…
О чем-то нежном, добром, сочном,
О жизни, подводя итог…
И вдруг откуда-то из зала,
Раздался голос в тишине:
- Эх! Славно! Только, паря, мало…
Все это - словно обо мне…
О том, зачем подался в Зону…
Потом, о том, как в «Долг» вступил…
Что не вернуться мне до дому…
Отменно, елки! Нету сил!
Потом с другого бока басом
Раздался голос из угла:
- А я - в «Свободе»! Полюбасу!
И мне «старуха» жизнь прижгла…
Сюда вдвоем мы ломанулись…
Да только кореш уж погиб…
Там всё о нас… Как лопухнулись…
Ты, в общем, это, брат… Спасиб…
Такой вот крендель с прибамбасом!
Как вышло, надо ль разбирать?
Да только в эту залу разом
Спустились выброс переждать
И «Долга» квад, в составе полном
Звено «Свободы» - снайпера…
Ну и Нейтралы… Тихий гомон…
Щелчки затворов? Нет. Пора
Еще придет для разговора.
И будет петь меж них свинец.
Ну а сейчас - забыты споры.
Стихи читает им юнец.
Вы скажете: «Ну, это слишком!
Стрелять не стали? Сказки! Бред!»
Их помирил на время, Мишка -
Наш лучший Зоновский поэт

[Альтруист]

Строчит собака длинные тексты
Кому они интересны?
Для ерунды там только место
Спел бы лучше песню.

[Cassandra]

Слишком многое мы не хотим замечать,
Слишком часто становимся к горю глухи,
Мы, увы, не умеем любить и прощать,
Нас, увы, не волнуют чужие грехи…

Лента «френдов», сочувствие — смайлик «слеза»,
Виртуальная клетка для загнанных птиц,
Как же хочется видеть ЖИВЫЕ глаза
И лицо, а не маску средь тысячи лиц…

Мы сливаемся с серой безликой толпой.
Мы привычно в метро закрываем глаза,
Мы идём над обрывом, опасной тропой,
В никуда… Где не будет дороги назад…

© Мария Бутырская

[Legendarnii]

Не сдерживай себя, когда желания,
Соединят нас ночью или днём,
И пусть всегда любовное свидание,
Тебя сжигает яростным огнём!
Запретов нет, и это знают двое,
Инстинкты и фантазии, смешав,
Попробуй необычное - такое,
Что хочет тело, требует душа.
Мы до конца не понимаем сами,
Где ждут оргазмов яркие огни.
Внезапно, что-то происходит с нами,
И наши тайны знаем мы одни.
Два человека вместе – бесконечность,
В кольцо, соединившись тут и там,
Мы, кажется, заглядываем в вечность,
Любви отдавшись, сексу и мечтам.
Пусть будет секс божественный и нежный,
Животный, удивительный, смешной,
А скромности ненужные одежды,
Не одевай, пожалуйста, со мной!
Когда сердца наполнены любовью,
Тела умеют чувствовать сильней,
И ангелы слетятся к изголовью,
Чтобы воспеть возвышенность страстей! Пётр Давыдов

[Legendarnii]

Волны нахлестом одна на другую,
Пальцы все ближе и ближе к границам,
Губы узоры на теле рисуют,
Счастье слезою дрожит на ресницах.

Волны набегами неравномерно,
Губы бестыже все ниже и ниже,
Белая пена старательно первой
С губ поцелуй упоительный слижет.

Волны песком на соленое тело,
Сердце рывком на доступность желанья,
Свет босиком по ложбинкам несмело,
Губы по телу нескромным касаньем.

Волны нахлестом то слабо, то сильно.
В серых глазах - отражение неба
В белых причудливых формах ванили,
В белых мечтах прошлогоднего снега.

Волны смывают границы запрета,
Проникновение глубже и слаще.
Губы стремятся развеять секреты,
Сердце рывками сильнее и чаще.

Волны на берег соленою пеной,
В недрах любви наслаждение брызнет
И разольется нектаром по венам,
Новым витком зарождения жизни.

[Пилюлька.]

Марина, это тебе!. Очень сожалею, что моё сообщение вынудило тебя раскрыться, лучше бы в личку написала, но... Так видно суждено. Надеюсь что тебя восстановят, ну или хотя бы не будут банить, с удалением сообщений.

Мечтать! Летать! И думать о прекрасном!
Во сне касаться звезд и облаков.
И верить в то, что это не напрасно.
Что в жизни нашей, будет все легко.
Надеяться на Чудо, верить в сказку.
Любить друг друга и тепло дарить.
И жить по-настоящему...Без маски.
Смеяться...Плакать..И судьбу творить.
Дарить друг другу радость и улыбку
От счастья плакать, от любви сгорать.
И не бояться совершить ошибку..
Весь опыт жизни в Мудрость собирать.
Не думать о плохом, не жить вчерашним,
Не злиться на судьбу, когда идет не в масть...
Признаться в чувствах, быть немного грешным..
И НАСЛАЖДАТЬСЯ ЭТОЙ ЖИЗНЬЮ ВСЛАСТЬ!!!

[Клаус]

Вечерний звон у стен монастыря,
Как некий благовест самой природы...
И бледный лик в померкнувшие воды
Склоняет сизокрылая заря.

Над дальним лугом белые челны
Нездешние сопровождают тени...
Час горьких дум, о, час разуверений
При свете возникающей луны.

— Анна Ахматова

[Пилюлька.]

Я умею любить.
Умею покорной и нежною быть.
Умею заглядывать в очи с улыбкой
Манящей, призывной и зыбкой.
И гибкий мой стан так воздушен и строен,
И нежит кудрей аромат.
О, тот, кто со мной, тот душой неспокоен
И негой объят…

Я умею любить. Я обманно-стыдлива.
Я так робко-нежна и всегда молчалива.
Только очи мои говорят.
Они ясны и чисты,
Так прозрачно-лучисты.
Они счастье сулят.
Ты поверишь — обманут,
Лишь лазурные станут
И нежнее и ярче они —
Голубого сиянья огни.
И в устах моих — алая нега.
Грудь белее нагорного снега.
Голос — лепет лазоревых струй.
Я умею любить. Тебя ждет поцелуй.

Анна Ахматова.

[Это не то ШАПИТО]

АФФТОРСКОЕ

Все что выше не читал,
Потому что в рот ебал!
Про анал и про орал
Этот форум, кто не знал.

Я тащу сюда картинки,
В стиле голой вечеринки,
Где Маринки и Иринки
Светят сисечки и дырки.

Принесу эМПэ четыре
Посмотри их на мобиле.
Посмотри их на компе,
Это все эНСэФэВэ (NSFW)!

Если вдруг горит пердак,
Не пались - не надо так!
Значит это не тебе,
Тут лежит на форуме.

Захожу на Чалл с ноги,
Чтобы вставить АйЭмДжи (img)
Чтоб поднялось кой-чего,
Я про ТиЦ, не про "него"

Этот стих за пять минут
Написал я сидя тут
Пацанам, что тут сидят
Я девчат таскаю в чат!

Эротические фото,
Освежат это болото.
Такой контент, а не стихи,
Форуму всегда нужны!

[Legendarnii]

Юная Осень была так красива.
Платье из листьев кленовых носила.
В косы она хризантемы вплетала,
Астрами туфли свои украшала.

Модница-Осень наряды меняла.
Вместе с ручьями она хохотала.
Яркие звёзды в речку роняла
И о любви наша Осень мечтала.

Счастья хотела девушка-Осень,
Да с женихами было не очень…
Но вот однажды случилось и это:
Встретила Осень юношу-Лето!

В Лето влюбившись, мечтать перестала
И как-то быстро взрослою стала.
Все, что могла отдала она Лету:
Женскую прелесть, тепло, много света!

В гости любимого пригласила,
Но Лето любовь её не оценило.
Только недельку всего погостило.
Да и ушло. И тепло прихватило.

Осень по-женски так горевала,
Листья с деревьев она посрывала.
Ветром шумела, дождями рыдала.
Женщина-Осень очень страдала!

Вмиг постарев, вдруг старухою стала.
А на земле между тем холодало…
Плечи в туман обернув — покрывало,
Осень ушла, чтоб начать всё сначала.

А через год всё опять повторилось.
Осень-красавица в лето влюбилась.
Только то Лето ветреным было.
Осени снова сердце разбило.

И ежегодно, так уж ведётся,
Эта пора Бабьим летом зовется!

© Наталия Корякина

[Legendarnii]

Эдуард Асадов

Когда мне встречается в людях дурное

Когда мне встречается в людях дурное,
То долгое время я верить стараюсь,
Что это скорее всего напускное,
Что это случайность. И я ошибаюсь.
И, мыслям подобным ища подтвержденья,
Стремлюсь я поверить, забыв про укор,
Что лжец, может, просто большой фантазер,
А хам, он, наверно, такой от смущенья.
Что сплетник, шагнувший ко мне на порог,
Возможно, по глупости разболтался,
А друг, что однажды в беде не помог,
Не предал, а просто тогда растерялся.
Я вовсе не прячусь от бед под крыло.
Иными тут мерками следует мерить.
Ужасно не хочется верить во зло,
И в подлость ужасно не хочется верить!
Поэтому, встретив нечестных и злых,
Нередко стараешься волей-неволей
В душе своей словно бы выправить их
И попросту «отредактировать», что ли!
Но факты и время отнюдь не пустяк.
И сколько порой ни насилуешь душу,
А гниль все равно невозможно никак
Ни спрятать, ни скрыть, как ослиные уши.
Ведь злого, признаться, мне в жизни моей
Не так уж и мало встречать доводилось.
И сколько хороших надежд поразбилось,
И сколько вот так потерял я друзей!
И все же, и все же я верить не брошу,
Что надо в начале любого пути
С хорошей, с хорошей и только с хорошей,
С доверчивой меркою к людям идти!
Пусть будут ошибки (такое не просто),
Но как же ты будешь безудержно рад,
Когда эта мерка придется по росту
Тому, с кем ты станешь богаче стократ!
Пусть циники жалко бормочут, как дети,
Что, дескать, непрочная штука — сердца…
Не верю! Живут, существуют на свете
И дружба навек, и любовь до конца!
И сердце твердит мне: ищи же и действуй.
Но только одно не забудь наперед:
Ты сам своей мерке большой соответствуй,
И все остальное, увидишь,- придет!

[Энтони]

Я с детства люблю ездить в вагоне поезда,
А запах мазута навевает воспоминания.
Я с детства в предвкушении чего-то нового,
От дорог таких усталых и правильных.

А ночью в дороге, в плацкарте,
Как-то все не обычно и сказочно.
На соседней шконке сопенье,
И стук колес убаюкивает лязгая.

За окном проносятся станции,
Огни безмолвных городов.
И в душе как в прострации
Трепещет сердце разгоняя кислород.

В ожидании и предвкушении,
В новом месте и новой судьбой.
Я люблю ездить в поезде
По железной дороге кривой.

[Пилюлька]

Сегодня кто-то продавал на перекрестке счастье.
Оно лежало средь крючков и старых ярких платьев,
Среди усталых пыльных книг, средь кисточек и мела.
Оно лежало и на всех неверяще смотрело.
Народ шел мимо, редко кто вдруг подходил к прилавку
Купить брошюрку, календарь, иголку, нить, булавку.
И равнодушный взгляд скользил по глупой мелочевке,
А счастье так просилось в дом, так робко и неловко.
Моляще поднимало взгляд, едва-едва пищало,
Но «кто-то» мимо проходил и счастье замирало.
Темнело, я брела домой. В карманах грея руки.
Торговец собирал товар, чуть напевал со скуки.
Я бы прошла, но вдруг задел молящий и печальный
Беспомощный несчастный взгляд, как будто вздох прощальный.
Я подошла, а за стеклом пластмассовой витрины
комочек маленький дрожал от горя и обиды.
Комок устал, хотел в тепло, замерз на этой стуже,
Но, к сожалению, комок был никому не нужен.
— И сколько стоит? — голос мой дрожал от напряжения.
— Что? Это? — Это! — Да бери, оно — одни мученья!
Я бережно взяла комок, к груди его прижала,
Закутав в складочки пальто, домой почти бежала.
Бежала греть. Скорей, скорей! В тепло с морозных улиц,
И даже блики фонарей как будто улыбнулись…
И улыбался белый снег, и небо. Мир смеялся.
Нашелся все же человек, что счастьем не кидался.
Я принесла комочек в дом, и стало вдруг понятно,
Что никому его не дам, и не верну обратно.

Л. Рубальская

[Legendarnii]

"Любовь"
Я дважды пробуждался этой ночью
и брел к окну, и фонари в окне,
обрывок фразы, сказанной во сне,
сводя на нет, подобно многоточью
не приносили утешенья мне.
Ты снилась мне беременной, и вот,
проживши столько лет с тобой в разлуке,
я чувствовал вину свою, и руки,
ощупывая с радостью живот,
на практике нашаривали брюки
и выключатель. И бредя к окну,
я знал, что оставлял тебя одну
там, в темноте, во сне, где терпеливо
ждала ты, и не ставила в вину,
когда я возвращался, перерыва
умышленного. Ибо в темноте —
там длится то, что сорвалось при свете.
Мы там женаты, венчаны, мы те
двуспинные чудовища, и дети
лишь оправданье нашей наготе.
В какую-нибудь будущую ночь
ты вновь придешь усталая, худая,
и я увижу сына или дочь,
еще никак не названных, — тогда я
не дернусь к выключателю и прочь
руки не протяну уже, не вправе
оставить вас в том царствии теней,
безмолвных, перед изгородью дней,
впадающих в зависимость от яви,
с моей недосягаемостью в ней.

Иосиф Бродский

[Legendarnii]

[Legendarnii]

Люди-маски

Мы сами строим баррикады,
Плетясь по жизни не спеша,
Трудясь за ложные награды,
Забыв о термине – душа!

По жизни дан сценарий ложный,
А разум вовсе с толку сбит.
Нам кажется все слишком сложным,
И путь души давно забыт.

Года уходят безвозвратно,
Увы, их, братка, не вернешь.
И в гонке жизни непонятной
Что в мир иной с собой возьмешь?

Когда нет времени годами
Ни на жену, ни на детей.
Когда давно не пишешь маме
И позабыл своих друзей.

Что скажешь детям ты однажды?
Где пропадал ты, для чего?
Ведь для родных лишь время важно,
Оно бесценнее всего!!!

Мы часто прячемся под маской,
Скрывая истину во лжи,
Боясь порой людской огласки,
В клубки свернувшись как ежи.

Всей жизни суть не понимая,
Все доказать пытаясь всем,
Себя во лжи своей теряя,
Немало обретем проблем.

Мы все хотим иметь чего-то,
Иметь друзей, в богатстве жить.
Нам счастья где-то там охота,
А нужно в данном миге быть.

Быть другом в горе и богатстве,
Хорошим мужем и отцом.
Не на судьбу свою ссылаться,
Живя при этом подлецом.

Мы все чего-то ждем от жизни,
По сути, так и не живя.
Мы носим маски не для истин
И предаем самих себя.

[Legendarnii]

ПОСЛЕ СЕКСА МИР СОВСЕМ ДРУГОЙ!

День наполнен нежностью такой
И очарованием твоим.
Как приятно было нам с тобой,
Как немного надо нам двоим...

После секса мир совсем другой!
Состоит из ласковых людей...
Я до солнца дотянусь рукой,
Чтобы сделать зимний день теплей!

Все, что было грустное - ушло
Я иду по миру не спеша.
После секса - очень хорошо!
И готова воспарить душа!

Хочется построить что-нибудь,
Совершить поступок на века!
Может быть уплыть в далекий путь?
Может прилететь издалека!

И делиться радостью с тобой,
И дарить друг другу чудеса!
После секса мир совсем другой!
Вот что значат секса ... три часа!

[Энтони]

Люблю грозу я в мае очень.
Люблю, как шваркнет за окном.
Разверзнет небо, всё стрекочет,
И ливнем смоет пыль ветров.
Напомнит мне о днях из детства.
Как под весеннею грозой.
На двух колесном велосипеде.
Лечу, кричу, сквозь хлесткий дождь.
А внутри трепещет сердце
И улыбка до ушей.
Я так люблю грозу из детства
Я так скучаю всё по ней.
А еще люблю затишье.
Оно мгновенно - не заметно.
Когда закончится представление,
Из грома, молний и ветров.
И наступит просветление,
Средь темных, грузных облаков.
Как лучик солнца пробиваясь
Осветит мир из темноты.
Как теплом своим согреет
Все детские, и прекрасные мечты.
И мгновение исчезнет,
И птицы защебетают в голосах,
И не было никакого представления.
Всё как-будто бы во снах.