Стихи.

[Марина]

БЛУДНИК 2010 год

Вы пишите стихи? ))

[Блудник]

БЛУДНИК 2010 год

Вы пишите стихи? ))

Бросил в древней юности... году эдак в 2010-м

[Марина]

Бросил в древней юности... году эдак в 2010-м

Почему бросили? Пропало вдохновение или стало не интересно?

[Блудник]

Бросил в древней юности... году эдак в 2010-м

Почему бросили? Пропало вдохновение или стало не интересно?

Это были разовые акции, под алкоголем. Так сказать - угар и треш

попробуй такое напиши на трезвую

[Марина]

попробуй такое напиши на трезвую

Ваши стихи все такие своеобразные?))) или есть и любовная лирика? ))

[Кастарго]

Блудник, ты в лс можешь писать?)

[Блудник]

Блудник, ты в лс можешь писать?)

А кто же его знает? Не пробовал еще.

[Блудник]

попробуй такое напиши на трезвую

Ваши стихи все такие своеобразные?))) или есть и любовная лирика? ))

Где-то дома в распечатке есть. И про ребенков разных малых... и там про чувство различное и противоречивое. Короче не мое это. Было много - стало мало. Грохнулся форум и все по звезде мешалкой

[Кастарго]

Блудник, ты в лс можешь писать?)

А кто же его знает? Не пробовал еще.

Ну попробуй.)

[Блудник]

А кто же его знает? Не пробовал еще.

Ну попробуй.)

Подскажи куда надавить пальчиком... а то я уже давно в этом деле потерял навык и сноровку

[Кастарго]

Ну попробуй.)

Подскажи куда надавить пальчиком... а то я уже давно в этом деле потерял навык и сноровку

Вот так.)))

[Марина]

Где-то дома в распечатке есть.

))) Ахах. Здесь выложите?))) очень любопытно почитать ваши стихи про любовь)))

[Блудник]

Где-то дома в распечатке есть.

))) Ахах. Здесь выложите?))) очень любопытно почитать ваши стихи про любовь)))

Любовь порочна, даже если она есть. Незачем о ней писать. Тем более мое внутреннее состояние сейчас на данном этапе жизни - черствое как камень и холодное как жидкий азот.

[Марина]

Белинда Наизусть — Сонорные: Стих

Мы параллельны как две прямые.(цэ.)

В этих строчках, по-моему, должен быть совсем не этот слог.
Но каждый знает, что не должен никому, поэтому мой монолог
О том, что так растерянно вываливается из уст души,
О той, которой вечерами я шептал: «Дыши».
Которая любила Леди Гагу и историю,
Немножко кофе и поспать, ну а потом по-новому.
Ну а по-старому: немножко мы — нарочные,
Немножко сложные и немножко прошлое.
Я не хочу по имени к тебе, прости мне, что я так бестактно.
Ты лучше мне ответь: «Ну как ты там? Всё в порядке?»
А между нами: пьянки, шумно и отрывки старого,
И знаешь, я почти забыл тебя…Но так достало.
А я ведь обещал себе, что я забуду наше лето,
Но вновь крошусь стихами, о тебе пишу куплеты.
Строчка, запятая. Строчка — строчка, точка,
А там, где были мы, — поставлю многоточье.
Лишь память пахнет фальшью и нечестной лестью.
Я помню нас, но я не помню, где мы были “вместе”.
В четверг слова солгут апрелю где-то в томных песнях.
Я не хочу тебя назад. Прости за эту честность.
Ты есть и нет. Ты будешь жить в моих словах нечетких,
Помятых снах, где много дыма и несчастной водки.
Прости за то, что отпустил в последних числах октября.
Теперь чужие мы. И я не тот. И ты не та.

Забыть тебя, забить, запить и вычеркнуть из памяти.
Но все твои черты во мне, как шрам, останутся.
Да просто помню разговоры до утра: мечтали,
Чтоб боги друг для друга нас с тобою создавали.
Я помню, как любила лесть, метро, слова и улицы,
3 белых лилии, Коэльо и прогуливать.
И до дебильности во мне твой почерк и «ничто не вечно».
Я помню наше: «Что? Конечно. Встречу на конечной”.
Я помню смех на вкус твой и объятия до дрожи.
Мы прошлое, да. Теперь так тошно мне.
Я помню руки твои, губы твои…Мальборо,
Это Толстой писал сценарий к нашей Санта-Барбаре.
0,5 до дна и снова вера, что мечты сбываются.
2 пачки пеплом, изображенье размывается.
И только в памяти: “Зачем ты быстро так идешь? Останемся.
— Поторопись, люблю, когда прохожие меняются”.

А я ведь никогда не слышал, как ты улыбаешься.
Лишь только трафаретно и затерто, повторяешься.
Не выкинул из памяти о противоположностях,
Которые, сближаясь, становятся похожими.
Да что уж там юлить, когда-то тоже были целым.
Потом гранит стал грифелем, потом писали мелом.
И снова твои мальборо, моё снотворное…
Мы навсегда останемся непарными. Сонорные.

И с каждым днем тебя во мне все меньше, то — нечаянно.
Прости, что помню все «потом» твои и обещания.
И до сих пор им всем я верю как дворняга преданная,
И до сих пор брожу меж стен отесанных, изведанных,
Подле которых вместе мы, влюбленные, ступали в лужи.
Потом, простуженная, мне клялась, что я так нужен…

Две параллельных станции: последняя и первая.
Всегда был твоим Каем, но ты не стала Гердою.
Всё та же песня на повторе, виски твоих глаз и бред
Рассказ о смерти «мы» на сто страниц. Такой сюжет.
А я читаю рифмы свои, строчки пьяные под биты.
Прости, забыл забыть вчера о том, что мы с тобой забыты.
Надеюсь, тот, кто рядом, он заслуживает шоу,
А у тебя всё хорошо. Ну ладно. Я пошел…

(с)

[Весна]

Не предавайте любящих и верных.
Не отключайте в ссоре телефон.
Любимым очень часто портим нервы,
потом крадёмся в самый сладкий сон.

Не предавайте тех, кто будет рядом,
прижмёт к груди заботливо с теплом.
Для любящих счастливый взгляд — награда,
подарком станет встреча под дождём.

С любимыми нет грусти и печали,
в душе — надежда, счастье и уют.
Не предавайте тех, кто обнимает
и тихо шепчет: «Я тебя люблю!»

© Натали Зеленоглазая

[Весна]

Я себя не виню. И тебя не виню.
Да и времени столько промчалось…
То, что было — загнулось тогда на корню —
Значит, в почву плохую сажалось.
Я тебе не должна. И не должен мне ты.
Как в той сказке: «Ступай себе с Богом!»
Я торжественно жгла за собою мосты —
С пионерским весёлым задором.
Будет время — пиши, будет совесть — звони,
Чтоб сказать, почему ты однажды
Намутил столько мерзкой и глупой херни —
На какую способен не каждый…
Ладно, ладно… шучу! Не звони никогда.
Сквозь гудки будет голос мой твёрдым:
«Абонент недоступен. Ты понял, мудак?
Абонент задолбался быть добрым».

© Юлия Ю

[Весна]

ведь она не из тех, кто будет висеть на шее,
любить ушами, как толпы нахальных и глупых дам,
визжать от каждого звонка, рваться в твои объятья,
эта девочка вздорна, не мила и не совершенна,
да, она взбалмошна, независима и горда,
и в этом, пожалуй, ее проклятье.

ведь она не из тех, кого испугаешь краем, когда не видать ни зги,
глаза — горящие угли, плечи — топленое молоко.
эта девочка синтез гордости, нежности и ума.
она не из тех, кто будет тебя менять, выносить мозги.
она станет тебе путеводной, спасительным маяком,

просто умей её слушать и понимать.

эта девочка рубит с плеча, не признает полумер.
душа — колодец, таинственен и глубок,
касаться кожи — достигнуть бездны, изведать рай.
она даст фору десяткам надменных стерв,
в ней воплотилась юность, любовь и бог.
если она заставляет тебя улыбаться —
не теряй ее, не теряй.

это не девочка, это блуд, это дурная весть,
обнимать ее — как идти на суд, целовать — забывать про совесть,
отпечатается в душе, сердце, днк, сетчатке,
принимай ее такую, несносную, шальную, больную,
какая есть,
береги ее от лапищ подонков и сволочей, от ночных бессонниц,
ведь только с ней ты будешь ощущать себя в порядке.

эта девочка не принцесса, ей не нужен рыцарь, Иван-дурак,
что сиюминутно пишет ей бестолковые смски,
вот бы кто-то дал свой пиджак и собою укрыл от ветра.
знал бы ты как ей хочется, чтобы кто-то пришёл вот так
выбил дверь ногой с одного пинка, выдал резкое:
«я люблю тебя и поэтому я за тебя в ответе»

это не девочка, это жуть, это ядерная печаль,
это выйти за хлебом и первым рейсом вылететь в Амстердам,
это казаться железной леди и плакать ночью в облачении одеял.
знал бы ты, как она грезит тем, чтобы кто-то выпалил сгоряча:
«ты как хочешь, а я никому тебя не отдам»

и действительно,
никому ее
не отдал.

© Анна Захарова

[Весна]

Можно из себя изображать
Феечку и светскую мадам,
Но перестаёшь соображать,
Если страсть бежит по проводам.
И тогда -хоть лес, хоть сеновал,
Хоть кровать, хоть надувной матрас…
В безупречной памяти — провал,
В мыслях — бортовых систем отказ.
Глупые поступки и слова,
Компромиссы с телом и душой —
Как французам сданная Москва,
Наизнанку вывернутый шов.
Никаких мучений и проблем,
Никаких терзаний «что потом»…
Добровольный и безумный плен.
Образцово-чувственный фантом.
Первобытный основной инстинкт.
Радуга из тысячи цветов.
Бесконечный яркий лабиринт.
(Страсть, собой затмившая любовь…)

© Юлия Ю

[Весна]

Сегодня впервые открыла для себя эту поэтессу, но читаю ее и мне нравится у нее все )

Сказка — ложь, но намёков в ней много —
Нужно только суметь их понять…
Если прялку сказали не трогать —
Значит ясно, что выйдет херня.
Если мудрая мама велела
Не трендеть с кем попало в лесу —
Нужно волку доходчиво-смело
Объяснить важной миссии суть.
Если к принцу любовь посетила,
И тревожат русалку мечты —
Значит ведьму просить надо было,
Чтобы принц стал хвостатым, как ты!
Ну, а в жизни сюжеты так спорны —
Даже хлеще, чем в сказках порой…
Мы же трогаем прялки упорно,
Ищем в тёмном лесу геморрой.
Ради принцев меняемся внешне —
Ждём, чтоб он тяжкий труд оценил.
Только зря: принц останется прежним —
Он меняться совсем не просил…
Не сворачивай с главной дороги
И стремись к своей цели — вперёд.
Если принц любит только за ноги —
Может лучше пусть нахер идёт…

© Юлия Ю

[Весна]

Он писал ей: «Любимая! Знаешь, сегодня день пролетел незаметно. Я много гулял и думал. Я хотел бы иметь от тебя детский сад детей. Я хотел бы иметь с тобой лавку под старым дубом. Я сидел там один, но я думал, что я с тобой. Представлял себе нашими всех ребятишек в парке. А потом всех ребят увели, как всегда, домой, и я тоже пошёл. Стало скучно, и было жарко». Он писал ей: «Четверг, а как будто бы Новый год. Все смеются и пьют, я бы тоже, но как-то не с кем. У меня под окном поселился дворовый кот. Как ты думаешь, может, взять? Заживём с ним вместе. А с другой стороны, может, кошек тебе нельзя? Аллергия на шерсть, или личная нетерпимость. Ты бы знала, какая утром была гроза! Будто небо разверзлось, и боги с него спустились.» Он писал ей: «Молчишь. А я снова с тобой гулял. Те детишки растут, и уже за кустами курят. Ты б сердилась на них, если рядом со мной была. Очень жаль, что тебя никогда у меня не будет.» Он писал каждый вечер, без пропусков, много лет. Он извёл целый лес из бумаги на эти письма. Аккуратно подписывал каждый пустой конверт. Это был ритуал, наделённый особым смыслом.
Он писал на конверте: «Любимой моей жене». Он заклеивал стык специальной бумажной лентой. А потом подходил к фотографии на стене. Каждый день проживал только ради таких моментов.
Клал за рамку письмо, вынимая конверт вчерашний. Вешал фото назад, из вчера собирал самолёт.

И с балкона летел в небеса самолёт бумажный.

Пусть они долетят.
Пусть она их сквозь небо прочтёт.

© Мальвина Матрасова